Мифология. Мифотворчество » Ранние концепции мифотворчества » Софистические трактовки мифотворчества

Софистические трактовки мифотворчества



В V в. до н. э. античная цивилизация переходит на уровень клас-сического этапа своего развития. Кровно-родовые связи окончательно разорваны полисной организацией жизни. Личность теснейшими узами привязана к полису. Развивается самосознание. Исчезает потребность в том, чтобы вину за поведение (или заслуги) человека списывать за счет богов. Боги как непосредственный фактор нравственной регуляции стали не нужны. Укрепляется сфера индивидуально-нравственной самооценки. Преклонение перед мифами все чаще сменяется их критикой, насмешками над богами. Им приписывается весь набор не самых лучших человеческих качеств, в том числе и пороки людей.



Так, в комедиях Аристофана ("Птицы", "Лягушки" и др.), завер-шавшего во второй половине V - первой половине ГУ в. до н. э. один из самых блистательных периодов в истории древнегреческой литературы и давшего исключительно яркую сатирическую картину политического и культурного состояния Афин в период рабовладельческой демократии, боги не только наделяются преимущественно негативными характеристиками, но им отводятся буквально балаганные роли.



Вместе с тем развивалась и когнитивная сфера сознания, аб-страктно-рациональное мышление. Мудрость, разум все чаще осознаются действенной силой, им отдается предпочтение перед физической силой ("мудрость лучше силы людей"). Повышается уровень генерализации понятий. Более обобщенным становится и понятие бога. Так, Ксенофан отмечал, что подлинного Бога не следует отождествлять с теми образами богов, которые были созданы древними аэдами или которые люди рисуют в своем воображении. Люди сами творят себе богов и принимают свои творения за истину:

Если бы руки имели быки и львы или [кони], Чтоб рисовать руками, творить изваяния, как люди, Кони б тогда на коней, а быки на быков бы похожих Образы рисовали богов и тела их ваяли, Точно такими, каков у каждого собственный облик.

Более того, отмечает Ксенофан, и среди людей боги изображаются по-разному. Эфиопы рисуют своих богов черными и с приплюснутыми носами, фракийцы - рыжими и голубоглазыми, мидяне и персы - также подобными самим себе. Ксенофан разрывает с антропоморфическим политеизмом. По его мнению, бог всего лишь один и ничего общего с человеческими чертами не имеет; потому сопоставление божественного и человеческого бессмысленно:

[Есть] один [только] бог, меж богов и людей величайший, Не похожий на смертных ни обликом, ни сознанием.

Такая мировоззренческая позиция разрушает взгляд на миф как на некую, пусть и искаженную, реальность. Миф ничего общего с подлинной реальностью не имеет. Коль скоро бог всего лишь один, а образы мифологии несут на себе отпечаток этнических, национальных характеристик их творцов, то, значит, миф есть продукт, порождение человека, его сознания, воображения. Так закладывается представление, что сущность мифа может быть объяснена только в связи с пониманием сущности самого человека ("познай самого себя!").


Вы читаете полную версию - "Софистические трактовки мифотворчества"



Рекомендуем просмотреть